Переезд крупных госкомпаний из Москвы в регионы, о котором с подачи заместителя главы АП Максима Орешкина вновь заговори…
Переезд крупных госкомпаний из Москвы в регионы, о котором с подачи заместителя главы АП Максима Орешкина вновь заговорил Путин на ПМЭФ-2026, вряд ли станет инструментом реальной децентрализации экономики. По мнению собеседников, знакомых с обсуждением этого вопроса, речь может идти скорее о точечных проектах с высокой политической символикой, чем о масштабной трансформации экономической модели страны. Пока обсуждается переезд части центрального офиса РЖД. В списке на переезд также «Роснефть», Объединённая двигателестроительная корпорация и снова «Газпром». Идея переноса штаб-квартир крупнейших корпораций из Москвы обсуждается больше десяти лет. Ещё в 2013 году подобные предложения озвучивала Валентина Матвиенко. Позже тема стала частью более широкой повестки по развитию Сибири и Дальнего Востока. Основной аргумент сторонников инициативы — перераспределение налоговых поступлений и усиление роли регионов. Самым известным примером считается переезд структур «Газпрома» в Санкт-Петербург. Город действительно получил значительные дополнительные доходы. Однако одновременно власти были вынуждены инвестировать крупные средства в инфраструктуру для размещения новых подразделений и сотрудников компании. Опыт «РусГидро» показывает, что подобные проекты сопровождаются существенными издержками. Компания приобрела и реконструировала новое офисное здание в Красноярске, а также финансировала переезд сотрудников. При этом согласие на релокацию дали далеко не все специалисты московского офиса, что потребовало дополнительных затрат на набор и удержание кадров. Собеседники, знакомые с работой крупных компаний, считают, что главный риск подобных решений связан не столько с финансами, сколько с организацией управления. Большинство ключевых государственных институтов, регуляторов и центров принятия решений по-прежнему сосредоточены в Москве. В результате руководству компаний приходится либо постоянно перемещаться между регионами и столицей, либо сохранять значительную часть управленческих функций в московских подразделениях. Не секрет, что и кадровые ресурсы сосредоточены в Моске. Набрать специалистов в регионах для работы в центральных офисах невозможно. Соответственно, растет стоимость специалистов. Все это резко усиливает издержки на аппарат управления, что приводит к росту себестоимости. По словам источников, на практике компании нередко используют компромиссную модель: формально регистрируют головной офис в регионе и переводят туда часть подразделений, тогда как значительная часть руководства продолжает работать в Москве. Такая схема позволяет выполнить политические установки, но ограничивает эффект от релокации. Экономический результат для принимающих регионов также не всегда оказывается значительным. Дополнительные поступления от НДФЛ способны поддержать местные бюджеты, однако сами по себе не меняют траекторию развития территории. Намного больший эффект может дать перенос налогового резидентства компаний, особенно в сырьевом секторе, где прибыль концентрируется в крупных корпоративных структурах. По мнению экспертов, переезд штаб-квартир не способен стать самостоятельным инструментом развития регионов. Без расширения экономической самостоятельности субъектов Федерации и их финансовой базы через перераспределение налогов, перераспределения управленческих полномочий и создания новых центров деловой активности релокация отдельных офисов превращается в дорогостоящий административный проект с ограниченным влиянием на пространственное развитие страны. В результате инициатива может привести не к формированию новых экономических центров, а к появлению локальных корпоративных анклавов, слабо связанных с окружающей региональной экономикой. Поэтому даже сторонники развития Сибири и Дальнего Востока признают: эффект от переезда штаб-квартир будет зависеть не столько от смены адреса компаний, сколько от более глубоких институциональных изменений.